МНЕНИЕ

Сергей Чураков

доцент МАРХИ, специалист по пространственному развитию города

"Город — сложный организм, который развивается в многоплановом пространстве, и он должен быть для людей, а не для машин"

Доцент МАРХИ, специалист по пространственному развитию города Сергей Чураков — почему Екатеринбургу не стоит зацикливаться на конструктивизме, в чем по-крестьянски хитрят строители Храма на воде, что должно прийти на смену хрущевкам — в интервью агентству «Моменты».

- Конструктивизм может стать визитной карточкой Екатеринбурга и стоит ли вкладывать деньги в его реконструкцию?
- Гостиница «Исеть», Городок Чекистов и Уралмаш — да, это историческая ценность, это время, стиль. Но это не значит, что весь город состоит из одного конструктивизма. Что, до него жизни не было? В каждый момент времени возникают объекты, которые отображают нашу жизнь. Если мы говорим, что самое главное — это 20-30 годы прошлого века, то как быть со зданиями XIX века? На мой взгляд,  тогда качество архитектуры было значительно выше, чем у конструктивизма. Возьмите дом-коммуну — это максимум общежитие для студентов, потому что жить в этом нельзя. Была такая идеологическая модель, которую реализовали классно. Но само техзадание, нацеленное на эргономику, — бесчеловечно. Женщина словно робот: протянула руку, достала раковину, протянула в другую сторону — достала продукты. Предположить, что женщина на кухне должна получать удовольствие — и в голову не приходило. Не понимаю, почему нужно концентрироваться на конструктивизме? У вас роскошная архитектура купеческая: двухэтажные кирпичные дома с разорванным фронтоном.

- Они исчезают. Но и с точки зрения большого мегаполиса двухэтажные дома в центре не всегда оправданы.
- Это глупая позиция — взамен купеческим строить небоскребы. Они никогда не заполнятся. Простой пример Москва-Сити. У вас в городе места достаточно, нужно только рационально размещать здания. Плотность более четырехсот человек на гектар — запрещена, это физиологический предел, дальше жизни нет. А у высотки, должна быть санитарная зона. У меня один знакомый, выпускник ВХУТЕМАСа любил побалагурить, макет высотки клал набок и говорил: смотрите, получился двухэтажный дом, и места достаточно вокруг.
 Высотка — это логика примитивного бизнеса — получил деньги и смылся. Они построили и реализовали этот квадратный метр, но при этом огромные деньги уйдут на эксплуатацию. Хотя правильная эксплуатация квадратных метров — гораздо более выгодное дело. Зачем нужна десятиэтажная застройка, можно попробовать сделать здание в три этажа. Капитализация будет гораздо больше.

У вас эти омерзительные высотки очень примитивны. Вот построили 25-этажный дом, возможно, это красиво. Но чтоб его обслуживать, нужны пожарные машины с лестницей, которых в России всего 5 или 10. Плюсом необходим вертолет, чтоб спасать людей.  А сколько лифтов скоростных надо? Земля вокруг дома, которая вышла из эксплуатации -  ее никто не считает.  Как и плотность машин в единицу времени, что приводит к пробкам каждое утро и вечер. Важно, чтобы в обсуждении застройки принимали участие разные специалисты. И все это группируется в такой профессии, как урбанистика. К сожалению, урбанистов, как собак нерезаных, а реальных — по пальцем одной руки пересчитать. 

Сам термин урбанистика ввел профессор  Глазычев,  с которым я работал больше 30 лет. В чем особенность урбанистики — это совмещение технологических вопросов, культурных вопросов и градостроительных вопросов. Они все связаны.  Город — сложный организм, который развивается в многоплановом пространстве, и он должен быть для людей, а не для машин. Почему в Барселоне нет пробок? Потому что у них капиллярная система. Потому что я из точки А в точку Б могу попасть десятью маршрутами. А у нас только одним. 

Проблема современной застройки: те, кто строит и проектируют, ни о чем не думают. У меня есть приятель,  который все время говорил: прежде, чем строить мост, нужно понять, как он пойдет -  вдоль реки или поперек. Я ему говорю:  это во-вторых, сначала нужно решить — нужен ли вообще мост. Может, нечего и делать-то на том берегу. Бизнесмен думает объектом, а хозяин города думает территорией, она гораздо более сложная вещь. Застройка — это, в принципе, вопрос идеологии. Всегда нужно думать: мы что хотим здесь сделать — Манхэттен очередной или Екатеринбург? Это же базовая установка, ценностная. Если мы хотим сделать Екатеринбург, то Даунтауна не должно быть.  Красивый небоскреб — это блестяще, но стройте в другом месте. Либо вы мыслите городом как ценной этнокультурой, либо вы делаете композицию какую-то.

- Если мы говорим, что архитектура — это идеология, то какая она в Екатеринбурге?
- Вы сейчас, как Москва времен Лужкова — очень провинциальная, некрасивая, нахальная торгашеская архитектура. У нас пришел Собянин, который дает профессионалам работать — и Москва преображается в город людей. Руководитель опирается на умных и тех, кто сопротивляется. Это означает, что и гражданское сообщество, и профессиональное требует обсуждения. А когда контракт под столом обсуждается — это и есть действующая идеология.  Обычная история, когда проводят чемпионаты, международные соревнования в стране. А чего делать с олимпийской деревней? Она стоит такая противная штука, нужно ее заселить, а жить в ней не удобно. Потому что гостиница для спортсменов — это одно, а жилье для людей — другое. Мало ли, что он похож на дом. Поэтому изначально нужно обсуждение.

Полностью текст доступен на сайте источника: https://momenty.org/people/i172814/



Рассказать о новости в социальных сетях
×